Куплет
Алыча перестала быть кислой,
Из далёкой щемящей тоски
Улыбаются гроздьями вишни,
Ржавый гвоздь из пробитой доски.
 
Старый дом бесконечно целебен:
Из развалин, чихающих пыль,
Распустил крылья кованый лебедь —
Дом чужую вину искупил.
 
Из живущих осталась черешня,
А других не осталось совсем.
Я судьбой наизнанку повешен
Между прошлым и небытием.
 
Столб кривой из столетнего лета —
Рвётся ввысь телефонная трель:
Голос детский забытого века
Зазвучал, вырываясь из стен.
 

Припев
Я иду по чужим адресатам —
Безымянная жертва времён…
У войны поднебесье крылато.
Дом невинный жестоко казнён.

Куплет
Тлеет пень от палящего солнца,
Защищаясь ползучей смолой.
От жары воздух рыхлый трясётся,
Дом бездомный сравнялся с землёй.
 
Вкус обиды, прокуренный болью,
С покорёженных серых оград
Смотрит чиж, упиваясь любовью,
Прилетевший с червонных Карпат.
 
Память прошлое намертво режет,
Разум наглухо гневом разбит.
Возвожу благолепие в степень:
Я — исчадье прощённых обид.

Припев
Дом убит в переулке распятом —
Безымянная жертва времён…
Взгляд войны беспощадно крылатый.
Дом невинный жестоко казнён.
 
Я иду по чужим адресатам —
Безымянная жертва времён…
У войны поднебесье крылато.
Дом невинный жестоко казнён.
Дом невинный, родительский дом.
Дом невинный…